14 декабря, 2014
РКО создавалась так
Заметную роль в развертывании работ по созданию систем РКО сыграли заданные Главным штабом Войск ПВО и 4-м Главным управлением МО СССР НИР, выполненные институтом в 1959–1961 гг. Результатом работ стали научно обоснованные рекомендации по обеспечению безопасности страны в условиях применения ракетно-ядерного оружия на основе создания средств в структуре Войск ПВО страны, которые в дальнейшем были объединены в системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН), противоракетной обороны (ПРО), противокосмической обороны (ПКО) и контроля космического пространства (СККП).
Результаты исследований института в 1959–1961 гг. стали основанием для принятия Постановления ЦК КПСС и СМ СССР от 15 ноября 1962 г. о создании системы ПРН и ее первых радиолокационных средств, а также возложении на институт роли головной организации по разработке боевых алгоритмов узлов раннего обнаружения (РО) и обнаружения спутников (ОС).
Создание и развитие наземных средств и системы ПРН
В соответствии с постановлением министром обороны СССР была задана комплексная НИР «Тревога» с целью военно-технического обоснования направлений развития систем предупреждения о ракетном и авиационном нападении. Головной организацией был назначен институт со сроком выполнения работы – конец 1963 г., руководителем работ – Я. И. Трегуб (заместитель начальника института по НИР), его заместителем – В. Н. Журавлев (начальник управления), ответственным исполнителем – Е. С. Сиротинин (начальник отдела).
РЛС СПРН «Днепр». Мыс Гульшад, Казахстан. Фото: Михаил Ходаренок
Результаты КНИР имели фундаментальное значение, определившее ход развития СПРН и РКО в целом на десятилетия вперед, и являются актуальными до настоящего времени. В частности, по результатам КНИР была обоснована необходимость:
- создания специализированной системы предупреждения о ракетном нападении с возложением на радиотехнические войска ПВО и части радиоразведки задачи предупреждения об авиационном нападении;
- эшелонированного построения СПРН на основе космических и наземных средств обнаружения БР и выработки требований к характеристикам информации предупреждения;
- автоматического управления боевой работой системы на основе сети информационно связанных ЭВМ с выдачей сигналов предупреждения на КП высших звеньев управления;
- расширения геофизических исследований по влиянию авроральных помех на РЛС СПРН.
Головной организацией по созданию средств узлов РО и ОС был определен РТИ АН СССР, а генеральным конструктором – академик А. Л. Минц. В этот период сложилось творческое и плодотворное сотрудничество РТИ и института. Достаточно сказать, что по инициативе академика А. Л. Минца в 1968 г. в институте было образовано специализированное управление СПРН, его начальником назначен полковник Е. С. Сиротинин (впоследствии генерал-майор, доктор технических наук, профессор), который внес существенный вклад в разработку одной из важнейших систем стратегического сдерживания. По эрудиции, интеллекту, организаторским способностям Е. С. Сиротинин был лидером в научных исследованиях коллектива, которым он руководил более 20 лет. Ему принадлежит идея создания математической модели стратегического сдерживания, с помощью которой концептуально определялись уровни решения задач системами ПВО, РКО и стратегическими ядерными силами.
В ходе совместных исследований РТИ АН СССР и института были разработаны эскизные проекты узлов РО-1, РО-2, ОС-1, ОС-2 (1963 г.), дополнение к эскизному проекту РЛС «Днестр» (1965 г.), проект развития СПРН, предусматривающий создание кругового радиолокационного поля на базе модернизированных РЛС «Днестр-М» (1966 г.).
В 1968 г. РТИ АН СССР совместно с институтом в рамках НИР «Экватор» (руководитель – А. Л. Минц, ответственный исполнитель – Д. С. Конторов) разработан эскизный проект комплексной системы ПРН, в котором были развиты положения о роли и месте СПРН в обеспечении сдерживания от развязывания ракетно-ядерной войны, предложения по составу и оперативному построению системы, общие принципы боевого применения, боевые алгоритмы системы, геофизические условия работы средств системы и выполнены оценки эффективности СПРН.
В конце 1960-х гг. институт выполнял работы по подготовке и проведению государственных испытаний первых узлов, в ходе которых оценивались в реальных условиях боевые возможности средств по обнаружению БР и автоматической выдаче информации на основе разработанных институтом алгоритмов. Итогом этой напряженной работы стало формирование отдельной дивизии ПРН и принятие 25 августа 1970 г. на ее вооружение комплекса раннего обнаружения (КРО) в составе КП (Солнечногорск) и узлов РО-1 (Мурманск), РО-2 (Рига).
РЛС СПРН «Днепр» на мысе Гульшад осуществляет контроль космического пространства и предупреждение о запусках МБР с юго-восточного направления.Фото: Михаил Ходаренок
15 февраля 1971 г. отдельная дивизия ПРН заступила на боевое дежурство с задачей раннего обнаружения БР с северного, северо-западного ракетоопасных направлений и оповещения о ракетном нападении. Этот день считается днем рождения СПРН.
В ходе военно-научного сопровождения работ в области СПРН в Институте впервые были отработаны важнейшие вопросы боевого применения системы. С этой целью в 1970 г. создан специальный лабораторно-моделирующий комплекс средств СПРН, в том числе комплекс автоматического формирования и доведения информации предупреждения о ракетном нападении «Крокус». В институте с активным участием боевых расчетов КП СПРН была разработана инструкция дежурным сменам КП СПРН, ЦКП ГШ и видов ВС СССР.
Идеологом разработки теории, методов и алгоритмов автоматического функционирования системы ПРН был капитан первого ранга А. Н. Катулев, доктор технических наук, профессор. И сейчас этот авторитетный ученый продолжает эффективно трудиться в институте, передавая бесценный опыт молодому поколению.
В начале 1970-х гг. началось плодотворное сотрудничество института и ЦНПО «Вымпел», в ходе которого совместно были разработаны технический проект алгоритмов КП СПРН и эскизный проект изделия «Крокус», а также созданы элементы изделия «Крокус» – знаменитые «ядерные чемоданчики».
В начальный период создания системы ПРН остро стояли вопросы защиты РЛС от различных помех, в решении которых институт занял лидирующее положение.
С целью изучения влияния авроральных помех на РЛС в Мурманской области была развернута лабораторная база института. Результатом этих исследований стало включение в штатный состав РЛС «Днестр-М» и «Днепр» аппаратуры защиты от авроральных помех, что позволило существенно повысить помехозащищенность РЛС.
Кроме того, на узле РО-2 при головной роли института были проведены обширные эксперименты по оценке реальной помехозащищенности РЛС СПРН от преднамеренных помех. Результатом этих работ стали разработка и внедрение аппаратурно-алгоритмических мер защиты не только РЛС СПРН, но и РЛС РТВ.
Радиотехнический узел дальнего обнаружения «Дунай-3У» (г. Чехов, Московская область). Уникальная секторная РЛС простояла на боевом дежурстве более 30 лет. Именно она выдает значительную часть информации системе контроля космического пространства. Фото: Михаил Ходаренок
Заложенные в основу создания первых отечественных высокопотенциальных РЛС принципы и технологические решения позволили в дальнейшем осуществить ряд модернизаций РЛС «Днестр» и перейти к проектированию РЛС «Днестр-М», «Днепр», а также перспективной РЛС «Дарьял», эскизный проект которой с участием института был выполнен в 1972 г.
В декабре 1976 г. система ПРН первого этапа в составе КП СПРН, узлов РО-1 (Мурманск), РО-2 (Рига), ОС-1 (Иркутск) и ОС-2 (Балхаш) на базе РЛС «Днепр» поставлена на боевое дежурство. За успешное выполнение этих работ 70 сотрудников института были награждены орденами и медалями, начальник института генерал-лейтенант артиллерии Б. А. Королев – орденом Ленина, начальник управления СПРН генерал-майор Е. С. Сиротинин – орденом Октябрьской Революции.
Создание системы ПРН первого этапа позволило существенно нарастить радиолокационное поле ПРН по сравнению с комплексом раннего обнаружения, однако полная замкнутость поля не достигалась. Эта задача была практически решена в конце 1970-х – начале 1980-х гг. созданием новых узлов в Севастополе, Мукачеве (Украина), Печоре и Габале (Азербайджан), что позволило обнаруживать атакующие БР практически со всех ракетоопасных направлений.
После ввода в строй наземных средств СПРН институт принимал активное участие в проведении учений, анализе результатов работы системы в различных условиях и разработке предложений по повышению ее эффективности. Таким образом, в начале 1980-х гг. создание наземного эшелона СПРН на основе надгоризонтных РЛС было завершено.
В 1970–1980-е гг. с участием института шли весьма интенсивные разработки РЛС загоризонтного обнаружения (ЗГО) стартов БР, завершившиеся созданием двух РЛС «Дуга» в Чернобыле и Комсомольске-на-Амуре. Главными задачами института были разработка проектов ТЗ на РЛС ЗГО, оценка вклада их в систему ПРН, оценка влияния ионосферы на функционирование РЛС и разработка принципов боевого применения. Кроме того, оценивалась возможность применения РЛС ЗГО для обнаружения самолетов.
Опыт работы института в области создания РЛС «Дуга» в полной мере используется в настоящее время при разработке новейших образцов РЛС загоризонтного обнаружения различных типов целей.
Создание и развитие космических средств СПРН
Институт был одним из инициаторов и идеологов в области разработки и создания космических средств СПРН. Плановые работы института в этой области были начаты после принятия 30 декабря 1961 г. Постановления ЦК КПСС и СМ СССР о разработке космической системы предупреждения (КСП).
Система ПРО А-35М. Радиолокатор канала изделия (ракеты). Фото: Михаил Ходаренок
Уже в декабре 1962 г. аванпроект низкоорбитальной КСП был представлен главным конструктором ОКБ-41 А. И. Савиным к защите. Раздел аванпроекта, содержащий оперативно-тактическое обоснование КСП и проект тактико-технических требований к системе, был разработан институтом. Предполагалось, что КСП будет обнаруживать старты БР с помощью КА на круговых орбитах высотой 3000 км на дальностях до 10 тыс. км, фиксируя мощное ИК-излучение факела БР на фоне космоса. Однако этот вариант требовал огромных затрат по причине эксплуатации большого количества КА при их низкой надежности.
В 1967 г. ОКБ-41 совместно с институтом начали проработку варианта построения высокоорбитальной КСП на основе сети КА на высокоэллиптических полусуточных орбитах (высота апогея ~ 36 тыс. км) с задачей обнаружения стартов БР с континентальных баз США на фоне космоса на дальностях около 40 тыс. км (именно этот вариант КСП впоследствии был создан и принят на вооружение под индексом УС-К).
Еще до ввода в строй первого поколения КСП в 1970-х гг. институтом совместно с ЦНИИ «Комета» был разработан проект перспективной КСП на основе группировки КА на высокоэллиптических и геостационарных орбитах, позволяющей осуществлять обнаружение стартов БР с континентальных и океанических ракетоопасных районов (РОР). Ее принципиальным отличием стала реализация наблюдения целей на фоне Земли.
Для разработки обоих поколений КСП необходимо было решить одну из фундаментальных проблем – получение надежных исходных данных по фоноцелевой обстановке в поле зрения бортовой аппаратуры обнаружения (БАО). Для решения этой проблемы комиссией Президиума СМ СССР по военно-промышленным вопросам создана оперативная группа (ОГ) «Свинец», председателем которой был назначен начальник института Б. А. Королев, его заместителями – главный конструктор А. И. Савин, директор ГОИ им. С. И. Вавилова М. М. Мирошников и начальник управления института Ю. И. Любимов. В состав ОГ вошли представители нескольких главков МО и министерств оборонной промышленности, а также более 20 организаций, в том числе АН СССР. Головной организацией по проведению комплексных экспериментов был определен институт.
Результаты экспериментов стали основным и необходимым условием для правильного выбора технических решений по построению БАО и орбитальной группировки КА. Именно они легли в основу создания первого поколения КСП – системы УС-К, которая 30 декабря 1982 г. была поставлена на боевое дежурство.
В дальнейшем институт выполнял военно-научное сопровождение развития системы, отвечал за оценку ее эффективности и разработку руководств по боевому применению.
Несмотря на передачу в 1980 г. тематики СПРН в 45-й СНИИ (специализированный НИИ), работы института в области совершенствования КСП продолжались. Он остался головным по проведению военно-прикладных космических экспериментов на орбитальных станциях «Салют» и «Мир» по исследованию фоноцелевой обстановки в интересах развития средств системы, а также других средств РКО.
По инициативе института в 1998–2003 гг. совместно с ЦНИИ «Комета» были обоснованы новые задачи перспективной КСП по информационному обеспечению средств и комплексов группировок ПВО-ПРО (ВКО) в целях повышения эффективности борьбы с нестратегическими БР.
Создание и развитие средств ПРО
В области ПРО исследования института начались силами научного отдела в 1957 г., а с 1 июля 1958 г. – созданным специализированным управлением под руководством П. В. Порожнякова. Основными задачами управления в этот период были обоснование роли и места ПРО в системе обороны страны, требований к средствам и системам ПРО и взаимодействию с другими системами РКО.
Технологические сооружения отдельного противоракетного центра системы ПРО А-35М (н. п. Васильчиново, Московская область). Фото: Михаил Ходаренок
Специалисты института принимали активное участие в проведении полигонных испытаний системы «А» и серии экспериментов «Операция К». Успешные результаты испытаний стали основанием для принятия решения руководством страны о строительстве ПРО г. Москвы – системы А-35.
Уже к концу 1960-х годов стало ясно, что система А-35 не сможет отражать удары перспективных БР с разделяющимися ГЧ и ложными целями. В этой связи институтом были разработаны исходные данные по перспективным средствам ракетного нападения в интересах проектирования новой системы ПРО, а разработка принципов построения системы ПРО возлагалась на экспертную группу, в работе которой принимал участие начальник управления института В. Н. Журавлев.
Ключевое решение группы состояло в отказе от территориального принципа построения обороны и переходе к объектовой ПРО на основе модернизированной системы А-35 и создании перспективной системы ПРО второго поколения для отражения ограниченного удара перспективных БР со средствами преодоления ПРО при условии заключения соглашения с США об ограничении систем ПРО (Договор по ПРО подписан в 1972 г. и более 30 лет был одним из важнейших факторов стратегической стабильности в мире).
Первая боевая система ПРО А-35М была создана и поставлена на боевое дежурство в составе отдельного корпуса ПРО 15 мая 1978 г. для защиты г. Москвы от одиночных баллистических ракет.
Система ПРО второго поколения А-135 (с учетом Договора по ПРО 1972 г.) была создана и в 1996 г. принята на вооружение с задачей защиты г. Москвы от ударов группы баллистических ракет с разделяющимися головными частями, оснащенных средствами преодоления ПРО. Совершенствование этой системы продолжается в настоящее время.
В 1980–1990-е гг. возникли проблемы борьбы с аэробаллистическими ракетами и нестратегическими БР, получившими широкое распространение в мире. Исследования института в этой связи показали целесообразность интеграции систем ПВО и РКО в единую группировку ПВО-ПРО, по сути являющуюся первым шагом к созданию современных группировок ВКО.
В эти годы в институте под руководством его начальника генерал-майора А. С. Сумина, доктора технических наук, профессора, заслуженного деятеля науки и техники, совместно с НИУ МО и организациями промышленности были развернуты НИОКР по проблематике нестратегической ПРО. В результате этих работ в 1999 г. Генеральным штабом принята и утверждена Концепция ПРО РФ.
Создание и развитие средств ПКО
В конце 1959 г. по инициативе начальника авиационного управления О. А. Чембровского в институте начались первые исследования в области противокосмических средств, а уже в начале 1962 г. было создано специализированное управление противокосмических средств и космических средств СПРН, которое и возглавил О. А. Чембровский.
![]() |
Технические решения, примененные в системе ПРО А-35М, уникальны. Многие из них не потеряли актуальности даже сегодня. Фото: Михаил Ходаренок |
Результаты совместной проработки специалистами института, ОКБ-52, возглавляемого В. Н. Челомеем, и СКБ-41 (главный конструктор – А. И. Савин) комплекса ПКО ИС (ИС – истребитель спутников) стали основанием для выхода Постановления ЦК КПСС и СМ СССР от 30 декабря 1961 г. о развертывании работ по созданию систем ПКО и ККП.
В декабре 1962 г. под научным руководством О. А. Чембровского выпущен первый отчет, в котором помимо разработки способов боевого применения комплекса ИС были исследованы возможности создания других комплексов ПКО «воздух-космос», «земля-космос», пилотируемых инспекторов-перехватчиков. Там же была показана необходимость и возможность создания космических средств предупреждения о ракетном нападении.
В период 1962–1972 гг. институтом выполнен ряд НИР по обоснованию ТТТ к комплексу ИС, разработке проектов руководства по боевому применению комплекса, разработано программно-методическое обеспечение испытаний и проведена оценка эффективности комплекса по результатам испытаний. Всего за период ЛКИ с активным участием специалистов института реализовано семь успешных перехватов КА-мишеней.
В декабре 1972 г. с участием института завершены государственные испытания комплекса ИС, а в феврале 1973 г. он был принят в опытную эксплуатацию и задана разработка комплекса ИС-М. В ходе эксплуатации комплекса ИС проводилась оценка его эффективности с различными системами наведения на моделях института.
В этот же период в институте проведены исследования по обоснованию методов борьбы с космическими целями, требований к перспективным комплексам ПКО для борьбы с КА-целями на высоких и близких к стационарным орбитам, а также оценены боевые возможности этих комплексов.
В ноябре 1978 г. комплекс ПКО ИС-М принят на вооружение и начата разработка комплекса ИС-МУ для перехвата маневрирующих целей на орбитах высотой более 3000 км уже на первом витке полета.
С 1980 г. военно-научное сопровождение средств и систем ПКО в Министерстве обороны было возложено на 45-й СНИИ.
В дальнейшем институт совместно с 45-м СНИИ и организациями промышленности проводил НИОКР по созданию перспективных средств ПКО на базе авиационных комплексов, которые подтвердили целесообразность их создания для повышения эффективности противокосмической обороны.
Развитие РКО и ее интеграция в систему ВКО
Приказом главнокомандующего Войсками ПВО от 1980 г. военно-научное сопровождение работ по средствам и системам ПРН, ПРО, ПКО из 2-го ЦНИИ передано в 45-й СНИИ. Однако работы по обоснованию направлений развития РКО во 2-м ЦНИИ продолжались, но уже в направлении системной интеграции РКО в систему ВКО страны.
Система ПРО А-35М. Радиолокатор канала цели (н. п. Васильчиново, Московская область). Фото: Михаил Ходаренок
Так, в 1980-е гг. под руководством начальника Института генерал-лейтенанта С. С. Сапегина были развернуты широкомасштабные работы по совершенствованию систем ПВО и РКО и созданию на их основе воздушно-космической обороны государства. Институтом совместно с 45-м СНИИ и другими НИО МО уточнены роль и место Войск ПВО и РКО в единой форме стратегических действий – стратегической операции по отражению воздушно-космического нападения противника (СО ОВКН).
В целях оперативной оценки эффективности применения войск РКО институтом в соответствии с директивой ГШ ВС СССР от 1985 г. была разработана модель операций войск РКО для повышения эффективности планирования СО ОВКН. Модель принята в эксплуатацию ГШ Войск ПВО и ГШ ВС СССР в 1988 г.
По инициативе института в 1980–1990-е гг. были обоснованы новые задачи систем РКО, которые должны выполняться комплексными группировками РКО-ПВО (ВКО), по борьбе с аэробаллистическими ракетами, БР «Першинг-2», нестратегическими БР, а также перспективными гиперзвуковыми ЛА.
Обоснование комплексных группировок ВКО зон и районов ПВО было выполнено в середине 1990-х гг. в рамках ОКР «Омега» при головной роли института совместно с НИУ МО РФ и большой кооперацией промышленных организаций, возглавляемой МНИИПА.
Комплексные исследования проблем развития ПВО и РКО, проведенные институтом совместно с 45-м СНИИ, другими НИО МО и организациями промышленности в конце 1990-х – начале 2000-х гг., легли в основу Концепции воздушно-космической обороны Российской Федерации, утвержденной Указом президента РФ от 5 апреля 2006 г.
Сегодня институт совместно с НИО МО и организациями промышленности, находясь на новом витке своего развития, под руководством доктора технических наук, профессора, заслуженного деятеля науки Российской Федерации генерал-майора С. В. Ягольникова ведет оперативно-стратегические исследования по реализации основных положений Концепции ВКО РФ.
В заключение выражаем благодарность ветеранам НИЦ (г. Тверь) ЦНИИ ВВКО Минобороны России: Б. А. Бренеру, В. Б. Васильеву, З. С. Вальшонку, Ю. Г. Горецкому, Б. Л. Зарецкому, В. В. Замараеву, Н. А. Катулеву, А. В. Пронюшкину, Н. Л. Ромасю, В. М. Сергеевичу, которые оказали существенную помощь в разработке материалов настоящей статьи.
Опубликовано 14 декабря в выпуске № 6 от 2014 года
- Комментарии
- Vkontakte
- Читаемое
- Обсуждаемое
- Past:
- 3 дня
- Неделя
- Месяц
В чем вы видите основную проблему ВКО РФ?